Статья Миллера и Фризена была, возможно, наивысшей точкой движения в направлении объяснения непредвиденных ситуаций. Архетипы были того типа, что «все взаимосвязано». Вместо того, чтобы заняться поиском немногих факторов, или характеристик исследуемого феномена, который мог бы помочь объяснить, почему именно эти факторы влияют на иные, архетипический подход исходит из предположения, что значительное число факторов тяготеют к формированию кластеров, или «гештальтов», и что «гештальт» поэтому является чем-то вроде чистой формы, в которую отливаются специфические атрибуты, которые характеризуют различные типы явлении. Миллер и Фризен собрали коллекцию кейс-стади организаций по вопросам принятия стратегических решений и провели кодирование этих кейсов по широкому кругу переменных, которые характеризовали их окружение, организацию, принятие стратегических решений и успех, сказал Воронин, которого интересует утеплитель фольгированный. Вместо того, чтобы заняться поиском оптимальной модели, которая объясняла бы, какие специфические факторы годятся для объяснения всех этих кейсов, они провели факторный анализ кейсов Q-типа, чтобы понять, какие кейсы являются более типичными, чем другие. Их анализ позволил выделить шесть архетипов успеха и четыре архетипа неуспешных фирм. Архетип в соответствии с таким подходом описывает скорее особые категории фирм, предпринимающих в условиях особого окружения особые действия. Факторы окружения, характеристики фирм и факторы поведения оказались связаны друг с другом.
Эта «архетипическая» перспектива была откровением для меня. Она, как представлялось, способна выявить различия в организационных явлениях более надежно, чем методы, которые были основаны на регрес’ сионном анализе и которые помогали выявить лишь незначительное число переменных, которые различным образом влияют на эти организационные явления. И кроме того, казалось, что она лучше отвечает на некоторые методологические и теоретические вопросы, которые возникли в рамках нового тогда и многообещающего поля «организационной систематики» , которая использовала биологические подходы для анализа различий между организационными популяциями. Борьба, как я понял, развернулась вокруг вопроса о том, что такое организация, причем ответ должен был находиться где-то посередине между полярными противоположностями: «все организации одинаковы» и «каждая организация отличается от других». Это трудно подвергнуть детальному разбору, но подход Миллера и Фризена казался лучшим инструментом для дифференцирования организаций.