Отрицание реальностиЧасто мы наблюдали у своих пациентов отрицание реальности; например, в то время как большинство беженцев в одном поселении рассказывали о своих психотравмирующих переживаниях, одна из девочек настойчиво отрицала ка — кую-либо подобную травму. Многие беженцы и перемещенные лица стремились преуменьшить свои психотравмирующие переживания и имеющиеся у них психические и соматические расстройства, несмотря на то что их рассказ, внешний вид и жесты четко указывали на то, что они пережили очень тяжелые психотравмы с серьезными последствиями для здоровья. Во время разговора с пациентами мы также внимательно наблюдали за невербальными реакциями. Если в повествовании наступала пауза, мы старались не нарушать ее, особенно когда видели, что эта пауза нужна для того, чтобы в достаточной мере собраться с силами или найти более адекватную формулировку для того, чтобы сказать о чем-то важном и в то же время интимном. Индивидуальные интервью с пациентами проводились в поселении для беженцев в течение 30-40 минут дважды в неделю. Беженцы и перемещенные лица, которые до войны лечились по поводу психических заболеваний, сами обращались к нам за помощью, тогда как люди, ранее не лечившиеся по поводу психических расстройств, отказывались от психиатрической помощи. Однако они видели, что их соседи, родственники и члены семей ведут себя иначе, чем до войны, и постепенно осознавали свою собственную раздражительность и неадекватные реакции по незначительным поводам. Вначале они отрицали какие бы то ни было изменения в своей психике или относили их к нормальным реакциям на пережитое и надеялись, что имеющиеся у них расстройства пройдут сами по себе. Во время первых сеансов психотерапии они говорили большей частью о детях, и только позже все-таки начинали рассказывать о своих собственных проблемах. Описываемые ими симптомы были представлены в основном тревогой, страхами, депрессией, нарушением сна, психосоматической симптоматикой, повторяющимися воспоминаниями о психотравмирующем событии или стремлением избегать мыслей, связанных с ним. Наряду с психологическими проблемами, существовавшими до войны, мы узнавали о новых и планировали адекватное лечение. Лечение проводилось в самом поселении для беженцев либо в амбулаторных или стационарных отделениях нашей психиатрической больницы, в зависимости от степени выраженности нарушений и психосимптоматики у пациента.