В результате при всей своей декларируемой автономности андеграундные фирмы зачастую были вынуждены обращаться за помощью в распространении все к тем же корпорациям. Корпорации же оказались весьма любезны, в услуге не отказывали и с радостью изъявляли готовность продавать записи инди-лейблов магазинам от своего лица — за какие — то 25% от прибыли. Зная привычки мейджоров в обращении с их собственными артистами, такую комиссию можно признать вполне скромной — действительно, отчего бы и не 50%, — но доя мелких фирм, работавших в крайне стесненных условиях, потеря четверти оптовой цены становилась весьма существенным ударом, непосредственно ведущим к тому, что при всей своей ориентированности на интересы музыкантов предложить им по-настоящему хорошие условия андеграундные компании уже не могли, рассказал Орлов, которого интересуют электроды оптом. Таким специфическим образом корпорациям удавалось забирать себе доходы не только своих, но даже чужих артистов. Их внимание доставалось независимым записям лишь по остаточному принципу — что и понятно, свои интересы всегда приоритетны. Еще понятней это становится, если учесть тот факт, что в очень многих контрактах на дистрибьюцию прописывалась одна любопытная деталь—да и какой контракт в индустрии без любопытных деталей: свои 25% корпорация должна была получить В любом случае — даже если записи в конечном итоге вернулись к инди-лейблу27. Очевидно, что при таких условиях мейджоры были никак не мотивированы прилагать усилия и стимулировать спрос на независимую продукцию, ведь собственную долю они получали все равно, даже при полном отсутствии продаж. В свою очередь, отсутствие продаж при подобной незаинтересованности продавца становилось вполне реальной перспективой. Для андеграундных компаний ситуация превращалась в по-настоящему патовую: в случае провала они выплачивали корпорации немалые долги, но именно это обстоятельство провоцировало корпорацию создавать для такого провала все условия.