В стиле прерафаэлитов при высокой пройме сам рукав часто был очень пышным и сильно при-собранным у плеча. Они освободили своих женщин от корсета; миссис Ховейс, в 1870-е годы считавшаяся мерилом вкуса и образчиком стиля, подчеркивала эту стилистическую особенность: Первое правило красивого платья: оно не должно противоречить естественной форме человеческой фигуры… Одно из важнейших достоинств — изящная фигура; следовательно, одно из самых заметных и ценных нововведений школы прерафаэлитов — это талия. Первое, к чему нужно стремиться, — это „античная талия, которую вульгарный ум сочтет ужасно толстой — толстой, как у Венеры ди Медичи, толстой, как у еще более величественной Венеры Милосской» (Haweis 1878 цит. в: Newton 1974: 53). Примечательно, что примеры, на которые ссылается миссис Ховейс, взяты не из природы, а из классического искусства. Греческое искусство оказало глубокое влияние на викторианцев. Е. У Годвин, архитектор, творивший в пору позднего викторианского «возрождения», сочетал эллинский стиль с вошедшими в моду в конце XIX века японскими мотивами. Его любовница, актриса Эллен Терри «одевалась то в греческие хитоны, то в кимоно» (Jenkyns 1980:301), а каталог Liberty в первые годы XX столетия учил своих читателей, что значит придерживаться греческого стиля в одежде. В таких каталогах находили отражение и другие модные тенденции того периода; в них можно было найти изображения совершенно невероятных платьев, подходящих скорее для карнавала — например, вечерних туалетов в духе средних веков или XVIII века. Это было своего рода наследие Викторианской эпохи с ее любовью наряжаться. Однако современные условия жизни способствовали росту самосознания, поэтому и мужчинам и женщинам становилось все труднее довольствоваться рамками своих традиционных социальных ролей.