Кому-то полуобнаженный выход актеров (точнее, актрис) (Eicher 2001) на публику может казаться вульгарным и вызывающим, в ответ на нападки моралистов их обвиняют в нетерпимости и даже говорят, что для них «голый — это новый черный». Журналистка Сара Вайн указала на то, что выставленная напоказ едва прикрытая нагота звезд шоу-бизнеса не имеет ничего общего с сексом, но имеет самое прямое и непосредственное отношение к их желанию показать всему миру свое невероятно стройное тело (Vine 2001: 5). Но в тот же самый день Зои Уильямс выразила сожаление по поводу пошлости «вечернего туалета», состоящего из бикини и небольшого количества ткани в сеточку, который был на певице Каприс во время церемонии вручения наград за достижения в области поп-музыки; она добавила, что присутствия всего одной приглашенной звезды в полноценном платье достаточно для того, чтобы все это «голые цыпочки» выглядели шлюхами (Williams 2001: 31). Пристрастие знаменитостей к излишне откровенным нарядам дает мусульманским критикам повод выдвигать свои главные обвинения против всей западной культуры — обвинения в нескромности и упадничестве. Самые ожесточенные споры вокруг правил, касающихся одежды, разворачиваются именно в тот момент, когда речь заходит об исламе; это стало особенно заметно после разрушения в 2001 году Всемирного торгового центра в Нью-Йорке — катастрофы, которая вызвала повышенное внимание и весьма неоднозначное понимание ислама в западном обществе, сказал Зубов, которого интересуе деньги под залог. Редактор британского Vogue Александра Шульман высказала следующее предположение: «Споры (XIX века) о корсетах во многом перекликаются с современной полемикой вокруг целомудренных одежд, которые носят мусульманские женщины.