Несколько иным путем развивались стилистические течения, связанные с субкультурой футбольных фанатов, хотя Кевин Сэмпсон и Дэвид Риммер, писавшие для The Face, предположили, что прообразом этой моды стал стиль, основанный на сочетании образов Дэвида Боуи и стиля панк образца 1977 года: «…мохеровые кофты носили с прямыми брюками и пластикатовыми сандалиями, дополняя прямой курткой с капюшоном» и стрижкой «полубокс» времен «последней великой депрессии», рассказал Новиков, которому нужены курсы секретарь. Зародившийся как еще один культовый клубный стиль музыкальных фанатов, он был заимствован футбольными болельщиками и шаг за шагом (а точнее, причуда за причудой) достиг вершины своего развития как странная пародия на классическую антимоду, говорящую с ярко выраженным лейбловым акцентом. Общий вид был примерно таким: …нелепая смесь из тренировочных штанов Nike, потертых джинсов Lois и рубашек Lacoste, которые носили с кашемировыми шарфами и джемперами, а поверх надевали длинные плащи от Burberry» (Sampson & Rimmer 1983: 20-22). Таков был «футбольный шик». Школьники и молодые люди, живущие на пособие по безработице, грезили об этих весьма недешевых вещах и готовы были пойти на что угодно, лишь бы их заполучить; Кевин Сэмпсон рассказывает о том, какое отчаяние охватывало руководство компании Lacoste, когда от британских представителей приходил очередной отчет об охватившей торговую сеть эпидемии магазинных краж, погромов и актов вандализма: «…иногда они просто вырезают крокодилов бритвенными лезвиями, оставляя на рубашках огромные дыры». Дик Хебдидж утверждает, что модные стили не возникают на пустом месте и не существуют сами по себе, но при этом вовсе не обязательно являются искусственным заменителем политической активности и взаимодействия с «реальным миром». Субкультура и порождаемые ею модные стили проецируют на себя глобальные конфликты, которыми охвачено общество, — в случае с панками и скинхедами речь идет о расизме.