В соответствии с этим документом надлежало обеспечить преемственность в политике по отношению к этим двум регионом, вне зависимости от личных подходов местных сменяющихся генерал-губернаторов и ведомственных интересов конкретных министерств. Однако вследствие дефицита бюджета программа не была принята. Единственным ее результатом стало переименование в 1887 г. Восточносибирского генерал-губернаторства в Иркутское, упразднение Главного управления Восточной Сибири и создание канцелярии Иркутского генерал-губернатора, а сам «главный начальник края» наряду с традиционными был наделен и широкими дипломатическими функциями. В июне 1899 г. иркутскому генерал-губернатору было присвоено наименование «военного».
Начавшаяся ломка учреждения Сперанского была связана с изменением основных доминант политики самодержавия по отношению к окраинам государства. Расширение азиатских и дальневосточных владений России требовало активизации и изменения ориентиров в административной и законодательной политике. В высших правительственных сферах все чаще стали раздаваться призывы о реорганизации системы управления сибирскими губерниями на «общих основаниях». После создания в 1884 г. Приамурского генерал-губернаторства не единожды поднимался вопрос о целесообразности дальнейшего существования генерал-губернаторства в Восточной Сибири, сказал Новиков, которого интересует http://ddick.com.ua. В этой связи весьма интересным представляется мнение профессора русского права В. В. Ивановского, который подразделял генерал-губернаторов на два разряда. Существование одних обуславливалось, на его взгляд, политическими причинами, наличие же других требовали административные обстоятельства. К последним он относил именно генерал-губернаторов Азиатской России, существование которых было обусловлено геополитическими особенностями края, в частности, огромной территорией и большим количеством коренного нерусского населения. Однако к концу XIX в., в связи со значительно изменившимися экономическими и социальными условиями жизни края, обусловленными, например, постройкой сибирской железной дороги, особый порядок управления, который олицетворял собой генерал-губернатор, оказался просто ненужным. Кроме всего прочего железная дорога значительно «приблизила» Сибирь к центру страны.