Влюбленность — это состояние зарождения коллективной структуры, состоящей только из двух человек. Эти двое строят отношения, основанные на сильнейшем чувстве солидарности, и входят в состав более многочисленных социальных структур как единое целое. Дружба, в отличие от влюбленности, не тяготеет к замкнутости. Двое друзей бывают рады, когда к ним присоединяется третий или даже четвертый. Нужно только, чтобы эти вновь присоединившиеся, по крайней мере в тот момент, вели себя как настоящие друзья. Вспомним Данте: «О, если б, Гвидо, Лапо, ты и я подвластны скрытому очарованью…» Должны ли мы заключить отсюда, что ядром дружбы является группа? Ни в коем случае, дружеские отношения всегда остаются строго межличностными, в их основе лежит предпочтение, и их не следует путать с групповой солидарностью. В следующих главах мы поговорим об этом подробнее. А теперь перейдем ко второму вопросу. Дружба — это сотояние зарождения, установления или повседневности? И в этом случае ответ будет аналогичен ответу на первый вопрос. Ни то, ни другое, ни третье. Дружба не является коллективной структурой, подобно паре или группе, она не формируется в состоянии зарождения и не проходит стадии установления и повседневности, рассказал Антонов, которого интересует недвижимость в москва сити. Дружба осуществляется с помощью встреч и продолжается благодаря им. Если мы взглянем на дружбу со стороны, с точки зрения социологии, она предстанет перед нами как пульсирующая солидарность. Индивидуумы расположены не по кругу, как в армии, в поселении, в лагере или в городе, а образуют некую цепь, выстраиваясь друг за другом. Скорее они напоминают путешественников, коммивояжеров, исследователей, которые встречаются и расстаются, чтобы потом встретиться снова. Могут они и постоянно находиться вместе, как бы совершая одно и то же путешествие до конца жизни. А могут встретиться один лишь раз. Нелепо поэтому пытаться подменять дружбу солидарностью между членами партии, секты, жителями одного города. Или пытаться заменить дружбой любовь. Я могу говорить с другом о своей любви, но он не может заменить мне ее. Дружба — это сеть межличностных отношений, которые накладываются на все области коллективной солидарности, будь то парная, групповая или религиозная солидарность.

Если же мы посмотрим на дружбу изнутри, нам откроется ее сетевая структура. В центре — несколько глубоких чувств, которые постоянно обновляются и как бы открываются заново и на которых держится все строение дружбы. От них сотни лучей расходятся по всем направлениям. Каждый луч — это встреча или несколько встреч с одним человеком. Жизненная энергия никогда не останавливается, она движется по цепи, вспыхивая то в одном пересечении, то в другом. При этом сама сетевая структура беспредельна. Всегда существует вероятность новой встречи, которая в какой — то мере приводит к пересмотру всей структуры. Когда кончается дружба, вся сетевая структура полностью меняется. Энергия начинает двигаться по кругу. Но если дружба замыкается в кругу этнической, политической или религиозной солидарности, если оказывается неспособной на контакт за пределами этого круга, она что-то теряет. Ибо основа ее сетевой структуры — индивидуальная встреча. А вероятность встретить человека, который сделает нас душевно богаче, пройдет с нами часть жизненного пути, воодушевит нас, укажет нам возможную цель, существует всегда что мы говорили о том, что в принципе к двум друзьям может присоединиться третий или даже четвертый и что дружбе не свойственна нетерпимость. Тем не менее среди друзей встречаются случаи самой настоящей ревности. Особенно в юношеской дружбе, у которой много общего с влюбленностью. Но, с другой стороны, у каждого из нас один или несколько раз в жизни бывали такие моменты, когда мы чувствовали себя покинутыми и униженными, видя, как наш лучший друг увлекся другим человеком и перестал обращать на нас внимание. И все же ревность ли это? Не правильнее ли будет считать, что в данном случае речь идет о разочаровании?